?

Log in

No account? Create an account
 
 
26 March 2010 @ 01:03 pm
Шабат «hа-Гадоль» перед праздником Песах  
Суббота, непосредственно предшествующая празднику Песах, называется Великой субботой — Шабат hа-гадоль.
С ней связан целый ряд особых обычаев.
Первая Великая суббота наступила незадолго до Исхода из Египта и пришлась на десятое Нисана — то есть за пять дней до освобождения из рабства. В этот день евреи получили первую заповедь, относившуюся, впрочем, только к этому историческому моменту, но не заповеданную на вечные времена: «В десятый день этого месяца пусть возьмет себе каждый по ягненку на каждое семейство, по ягненку на дом» (Шмот, 12,3). Подробнее...




Шабат «hа-Гадоль» перед праздником Песах

Разные объяснения названия этой субботы.

Ближайший шабат – это шабат перед праздником Песах, один из тех шаббатон года, который имеет специальное собственное имя «Шабат hа-гадоль». Есть множество объяснений, почему он называется именем «гадоль», почему это «великий шабат». Самое простое техническое объяснение такое, что почти всегда особое имя для шабата связывают с тем, что говорится в hафтаре. Глава из Пророков, которая читается в этот шабат, – это программный отрывок из книги Мелахим, в котором говорится, что «наступает великий день» – день открытия Божественного присутствия в этом мире – «Йом hа-гадоль», и с этим связано это название. Есть разные объяснения, начиная с ришоним и дальше. Остановимся сейчас на одном объяснении, которое мы последовательно не обсуждали, а поскольку есть такой принцип, что не бывает, чтобы евреи собрались обсуждать Тору, и не смогли понять что-то новое, то стоит это понять.



Так вот, классическое объяснение говорит, что особая роль, связанная с этим днём, с шабатом перед праздником Песах, связана с тем, что в Египте была дана заповедь десятого числа месяца Нисана взять ягнёнка, ввести его в дом и хранить его до четырнадцатого числа, когда его зарежут, и кровь можно помазать на косяки и т.д. Понятно, что этот поступок выходит за рамки чисто технической инструкции – взять ягнёнка и ввести в дом. Это требовало большой смелости и преодоления страха раба перед хозяевами, поскольку ягнёнок являлся божеством для египтян, то у них на глазах ввести его и объяснить, что мы зарежем ваше божество, это требовало сильного преодоления рабской стороны в себе. Понятно поэтому, что такой день выделен, но вопрос остаётся: почему выделен шабат, а не десятое число месяца Нисана? Объясняют это по-разному. Одно из объяснений, довольно странное на первый взгляд, что если бы это событие увековечили, связав с числом месяца, а не с субботним днём, то мы могли бы подумать, что это связано с десятым Нисана через сорок лет после Исхода, потому что известно из книги Йеhошуа, что перешли Йордан десятого Нисана. Тогда можно было бы подумать, что десятое Нисана выделено в связи именно с эти важным событием, когда они вошли в землю Израиля. Безусловно и неоспоримо, что переход через Йарден и вход в канаанскую землю является событием чрезвычайной важности. Однако, можно понять и объяснить таким образом, что в самом Исходе из Египта содержится, уже заложено, событие, связанное с переходом Йардена. Поэтому, по-видимому, важно подчеркнуть именно связь Исхода с шабатом, с субботним днём. Технически это связано с тем, что если бы мы не в субботний день, а в будний брали этого ягнёнка, то это не вызывало бы такого удивления.



Получение заповеди Шабата

Спрашивается, дана ли была заповедь соблюдения шабата до Исхода из Египта? – Мы знаем, что в явном виде эта заповедь была дана на Синае в числе Десяти Заповедей. Устная традиция, которая очень полкрепляется текстом Торы, говорит, что заповедь шабата была одной из тех заповедей, которые мы получили ещё по дороге к Синаю, на стоянке, которая называется «Мара», то есть, получается, что заповедь шабата не была дана в Египте. Как же тогда был выделен субботний день до Исхода из Египта? Есть знаменитый мидраш, который комментирует слова, которые мы произносим в утренней молитве в шабат: «Да возрадуется Моше тем, что ему дарована такая доля». Его доля не вызывает сомнения: через него дана Тора, он вывел народ из Египта и т.д. Мидраш говорит, что его доля так замечательна тем, что он в некоторый момент, скорее всего это было в первой половине десяти египетских казней, потребовал от фараона, чтобы он дал евреям один выходной день, поскольку они слишком тяжело работают. И фараон пошёл на эту уступку и сказал: «Выбери, какой день». И Моше вычислил и сказал: «седьмой». Потом, когда мы получили заповедь шабата, Моше получил подтверждение своему вычислению. То есть, Моше подарил шабат, как день отдыха, ещё до Исхода, а заповедь шабата мы получили позднее. Теперь вернёмся к сути дела, к тому, как мы можем понимать «шабат hа-гадоль» - «великий шабат»?



Можно понимать таким образом, что с Исходом из Египта шабат сам возвеличился. То есть, шабат, как таковой, который является седьмым днём творения, и он существовал ещё до народа Израиля, теперь с выходом Израиля из Египта стал «больше». Что это значит? Это значит, что до этого момента шабат был памятью о Сотворении мира: Бог шесть дней творил небо и землю, и всё, что в них, и в седьмой день Он «отдыхал», перестал творить это. Человек создан по образу и подобию Бога и человеку следует подражать Ему. Не всякое подражание доступно на любом уровне, и хотя в этом смысле шабат было бы правильно дать всему человечеству, поскольку человек создан по образу Бога, а Бог в седьмой день не работал, и каждый человек должен был бы тоже не работать, но человек не дошёл до этого уровня, и поэтому в этой категории шабат был дан только народу Израиля. Но это, так сказать, нижний этаж – это универсальное обличье шабата, то есть, шабат, как память о сотворении мира. Шабат разделяется на три части: вечером – это память о сотворении мира; утром – это память об Исходе из Египта и о даровании Торы; а после полудня под конец шабата – это память о будущем, когда мы, наконец, придём в день, который будет целиком шабат, и который никогда не кончается. Так вот, эта новая категория – шабат, как память об исходе из Египта, появляется только с Исходом из Египта. В этом смысле это не просто один из шабатов, который отличается каким-то новым содержанием, а это событие, Исход из Египта, делает шабат большим. Смысл этого субботнего дня теперь стал гораздо серьёзнее. Это серьёзность состоит в следующем. Шабат, как память о сотворении мира, является вроде как целиком подарком с Неба на землю: Всевышний в седьмой день сотворил покой, и Он нам велел тоже не делать работ, и мы, не делая работы, храним шабат. Теперь же с Исходом из Египта мы получаем очень важную активную роль. Хотя шабат и не находится в руках совета наших мудрецов и мы не можем устанавливать, когда будет день шабат, каждый седьмой день – субботний день, то есть, шабат – это не календарное событие, тем не менее, в списке праздников Тора в книге Ваикра начинает именно с шабата. В шабате есть категория не только того, что дано сверху, но есть то, что человек должен доделывать. Поэтому Тора говорит: «Делать шабат». Как надо «делать шабат»? – Мало того, что я исполняю заповедь не делать работ в шабат, но я в шабат, уподобляясь Творцу, создаю покой. Как можно создать покой, который представляет собой некоторое внутреннее содержание?



Избранность народа Израиля имеет два этажа. Один этаж – это то, что мы избраны из всех народов, и подобно тому, как коhены являются некоторым выделенным отрядом, который соединяет народ Израиля с Божественным присутствием в мире, точно так же весь народ Израиля должен исполнять эту роль по отношению ко всем народам мира. В Храм имеют доступ только коhаним, и их служба в Храме связывает весь народ Израиля с Божественным присутствием, а вся земля Израиля является расширенным Храмом, и весь народ Израиля является коhенами по отношению ко всем народам мира. Поэтому и было сказано перед дарованием Торы: «Вы будете у Меня царством коhенов». То есть , вы – царство, но при этом всё, чем вы здесь занимаетесь: ваша экономика, политика, война, – всё это является вашей коhенской службой для всего человечества. Это – нижний этаж избранности народа Израиля. А высший этаж – это наша активная роль в создании шабата. Поэтому, когда мы читаем на первый взгляд очень наивный детский мидраш к первой главе Берешит, где описывается день за днём, что сотворял Бог, и шабат обращается ко Всевышнему и говорит: «У всех есть пара, а у меня нет пары». На это Всевышний отвечает: «Вот, появится народ Израиля – это тебе пара». Сразу не очень понятен глубокий смысл сказанного, но мне кажется, можно считать так, что Израиль пара шабату не просто в том смысле, что, наконец, есть с кем «взяться за ручку» и двигаться в паре, а что пара -«зуг» – это некий полноценный Израиль. Бог говорит под конец первой главы: «Сделаем человека», а потом Тора говорит «делать», то есть, Израиль, соединившись с шабатом, делают вместе и шабат и Израиль, так что в конце концов это «усовершенствованное человечество» входит в ставший полным день шабат. Так представляется картина в целом, как можно увидеть особое место этого шабата перед Песахом.



Ответ на вопрос:

Что можно сказать о названии дней, таких, как «воскресенье»? – В нашей традиции шабат – это седьмой день (воскресенье – первый). Другое дело, что когда от нашей традиции отпочковываются какие-то направления, которые хотят быть самостоятельными, они не могут уже уйти от этого Божественного ритма отдыха в седьмой день, но чтобы показать свою оригинальность, одни (мусульмане) сдвигают его на шестой день, другие сдвигают на первый день, и особенно далеко от шабата они не уходят.



Ответ на вопрос:

Верно ли говорят о «второй душе» в шабат? – Действительно, говорят, что в шабат еврею даётся вторая душа. Есть такое представление, что вообще у человека, грубо говоря, есть нижний этаж, будничный, который всё время работает, и есть верхний этаж, который для будней слишком тонкий , чтобы его задействовать, а в шабат, когда есть покой, то на этом фоне к человеку присоединяется верхний этаж его души: и аппетит повышается и веселья больше. Правда, для этого надо уметь приходить в состояние покоя, что самое трудное. Гораздо труднее исполнять заповеди покоя и веселья, чем заповеди бурной деятельности и поста, как это ни покажется странным. Будничная деятельность копируется легче, а сугубо человеческие занятия – покой и веселье требуют большой работы над собой. Например, если привести ребёнка, сравнительно маленького, в музей Изящных искусств и посмотреть на его реакцию, то поятно, все эти шедевры не произведут на него никакого впечатления, потому что это понимание требует работы, воспитания, подготовки. Если речь идёт о большом цадике, то у него эта вторая душа работает и в будни. Моше был единственный человек, у которого вообще не было никакой перегородки между этими состояниями, и кроме Моше никто не дошёл до такой стадии. Мы видим, что в Торе имя каждого праведника повторяется где-нибудь два раза подряд: Авраам-Авраам; Яаков-Яаков; Ноах-Ноах, но всегда между первым и вторым есть перерыв, только Моше Моше – без перерыва. Это, грубо говоря, представление о двух душах. Нам объясняют так, что в шабат, когда эта душа нас покидает и переходит в будни, то нам становится грустно, и поэтому требуется вдыхать запах благовоний, чтобы поддержать себя. Если же шабат переходит в праздничный день, то тогда благовония не нужны, потому что это не переход к будням, а это праздник.

З.Дашевский